«Мусульманские страны представляют собой потенциальную угрозу миру во всем мире»

Как американское правительство воспринимало ислам в качестве политической силы в старые времена? Для ответа на этот вопрос предлагаю взглянуть на «конфиденциальное» 76-ти страничное исследование (рассекречено в 1979 г.), опубликованное шестьдесят лет назад Службой Военной Разведки (Military Intelligence Service) Военного Министерства США.

Отчет 1946 г., который я поместил в Интернете в формате pdf (работает в режиме онлайн) – это вступительный выпуск серии еженедельных отчетов под простым заголовком Intelligence Review (Информационный обзор). Эти серии знакомят с «текущими разведывательными данными, отражающими важные события военного значения в области политики, экономики, социологии, технических наук и, конечно, военного дела». Среди заголовков глав в этом первом выпуске мы видим такие: «Передача главных полномочий военным системам мирного времени», «Манчжурия: советская или китайская сфера влияния?», и «Пшеница: ключ к мировым поставкам пищи».

Особый интерес представляет 11-ти страничная глава, в которой рассматривается тема: «Ислам: угроза мировой стабильности». Эта глава открывается такими безрадостными высказываниями:

За некоторыми исключениями, для государств [в мусульманском мире] характерно наличие нищеты, невежества и стагнации. Широко распространены недовольство и чувство неудовлетворенности, люди ощущают свою неполноценность и полны решимости добиться какого-нибудь улучшения.

Два основных желания сталкиваются на этом пространстве, а при столкновении интересов неизбежно возникновение конфликта. Эти желания проявляются в изложении ежедневных новостей об убийствах и терроризме, о влиятельных группах в оппозиции, неприкрытом национализме и экспансионизме, выдаваемом за дипломатические маневры.

В рассматриваемом отчете затем объясняется, что представляют упомянутые выше желания, и обоснованно фокусирует внимание на длинной тени до-современного периода.

Первое из этих желаний возникает внутри самой мусульманской сферы. Мусульмане помнят свое могущество, с которым они раньше не только правили своими собственными владениями, но также подчинили себе половину Европы; сейчас они болезненно сознают свое экономическое, культурное и военное оскудение. В результате в их коллективном мышлении растет мощное внутреннее давление. Мусульмане намереваются любыми способами вернуть себе политическую независимость и получать доходы от своих собственных ресурсов … Короче говоря, жители мусульманских территорий страдают от комплекса неполноценности, и их действия поэтому непредсказуемы, как у каждого индивидуума с подобной мотивацией.

Для той эры характерно рассмотрение мусульман в психологических терминах, когда социологи часто рассматривали политику через призму индивидуального поведения. (Для знаменитого примера такого анализа см. исследование Рут Бенедикт, проведенное в 1946 г. – The Chrisanthemum and the Sword:Patterns of Japanese Culture, в котором приводились доводы о том, что японский национальный характер частично формировался под действием строгих правил техники пользования туалетом).

Другое фундаментальное желание возникает под действием внешних факторов. Великие державы мира и близко к ним стоящие защищают экономические богатства мусульманской территории и также внимательны к стратегическому расположению некоторых владений. Их действия также трудно предсказать, потому каждая из этих держав видит себя в положении покупателя, который хочет сделать покупки быстро, потому что он узнал, что магазин будет ограблен.

В атмосфере, насыщенной воспламеняющимися газами недоверия и амбиции, малейшая искра может привести к взрыву, который может повлиять на каждую страну, стремящуюся к поддержанию мира во всем мире.

Введение завершается оправданием сделанного анализа: «Понимание мусульманского мира, напряжений и сил, действующих внутри него, является важной частью работы основной структуры разведки».

Далее в этой главе приводится одностраничный очерк мусульманской истории, в котором имеется такое высказывание: «В настоящее время нет сильных мусульманских государств. Руководство мусульманским миром остается на Ближнем Востоке, особенно в Аравии». Учитывая отсталость Аравии в 1946 г., это утверждение основывается или на очень плохо информированном источнике, или последний был наделен даром предвидения.

В основной части данной главы рассматриваются силы, которые ослабляют или укрепляют мусульманское единство. Первые включают отсутствие общего языка, религиозные схизмы, географическую разъединенность, экономическое неравенство, политическое соперничество, и то, что в главе неделикатно называется «проституция руководства». Это последнее является не столько суровой критикой мусульманских королей, президентов и эмиров, сколько кратким обзором того, что несколько немусульманских стран, кончая Советским Союзом, заявляли о том, что они – защитники и покровители ислама. Приведенный анализ включает примечательное замечание о том, что «мусульмане относятся к своим лидерам с должным подозрением».

Силы, которые укрепляют мусульманское единство, перечислены на втором, более коротком листе: паломничество в Мекку, классические арабские и современные средства сообщения и коммуникации, и Арабская Лига. Упоминание о хадже (паломничестве в Мекку) приводит к драматически неправильному предсказанию: «Недостаток морских судов в течение войны уменьшило обычную «орду» до

20 000 – 30 000 в год. В то время как число людей, по-видимому, сейчас увеличится, оно вряд ли достигнет прежних пропорций». (На самом деле паломничество превышает новые рекорды числа паломников практически каждый год и сейчас составляет три миллиона паломников – во много раз больше, чем когда-либо до 1946 г.).

Глава, посвященная исламу, завершается кратким анализом соперничества США с Советским Союзом. Далекая от того, чтобы рассматривать ислам в качестве «бастиона против коммунизма», как было позже, Служба Военной Разведки считает мусульман легкой «добычей» для Москвы. По мнению этой службы, мусульманские страны «слабы и разрываются внутренними напряжениями», а их народы «недостаточно образованы для того, чтобы оценивать пропаганду или понимать мотивы тех, кто обещает новые Небеса и новую Землю». Этот анализ заканчивается на трезвой ноте:

Из-за стратегического положения мусульманского мира и беспокойности его народов, мусульманские государства представляют собой потенциальную угрозу миру во всем мире. Не может быть постоянной стабильности в мире, когда одна седьмая населения Земли существует в экономических и социальных условиях, которые навязаны мусульманам.

Этот голос из прошлого побуждает высказать три наблюдения. Во-первых, его прямые и резкие выражения далеки от сегодняшних правительственных анализов, при составлении которых тщательно подбираются слова и выражения с тем, чтобы никого не задеть (даже в секретных документах). Во-вторых, осознание того, что мусульманский мир (тогда составлявший одну седьмую часть населения Земли, сейчас – около одной шестой) мог быть помехой мировой стабильности – является глубоким и поразительным. В-третьих, многие темы, нарушающие покой сегодняшнего мира, можно было понять два поколения тому назад – чувство неудовлетворенности мусульман, стремления к тому, чтобы жилось как в раннюю эру, политическая неустойчивость, восприимчивость к экстремистским идеологиям, и угроза миру на Земле. Это опять-таки подтверждает, что теракт 11 сентября и сопровождавшие его агрессивные действия не должны были так шокировать, как это было на самом деле.

cвязанные между собой темы:  Внешняя политика США, История подпишитесь на бесплатную еженедельную рассылку по email (электронной почте) статей даниэля пайпса на русском языке Этот текст может быть свободно распространен при условии, что он остается единым целым и содержит полную информацию об авторе, дате и месте публикации и оригинальный URL.