Ближневосточная холодная война

Холодная война является "ключом к пониманию Ближнего Востока в 21-м веке". Так утверждают Игаль Кармон (Yigal Carmon) и трое его коллег из Института по изучению масс-медиа стран Ближнего Востока (Middle East Media and Research Institute, MEMRI) в своем недавнем исследовании "Эскаляция региональной холодной войны".

Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад (слева) и король Саудовской Аравии Абдулла в Мекке, декабрь 2005 года .

Они идентифицировали серьезную конфронтацию, которую средства массовой информации почему-то упустили, - и которая является особенно важной в свете того, что Махмуд Ахмадинежад был вновь назначен президентом Ирана.

"Холодная война", по определению словаря Мерриам-Вебстер, это "конфликт из-за идеологических разногласий, осуществляемый методами, отличными от длительных открытых военных действий и, как правило, без разрывания дипломатических отношений". Обратите внимание на три элемента в этом определении: идеологические разногласия, отсуствие боевых действий и ненарушение дипломатических отношений.

Классическим примером холодной войны, безусловно, является длительное и глобальное противостояние между Соединенными Штатами и Советским Союзом в период между 1945 и 1991 годами. Другой пример - это более короткая и локализованная "Арабская холодная война" 1958-70 гг., когда египетский революционер Гамаль Абдель Насер пытался совершить переворот в регионе, в то время как руководство Саудовской Аравии старалось сохранить статус-кво. Этот конфликт завершился ограниченной, но жестокой войной в Йемене в 1962-70 гг., закончившейся только после смерти Насера.

Новый идеологический раскол, разделяющий регион в наши дни, я называю "Ближневосточная холодная война". Ее динамика объясняет все более враждебную конфронтацию между двумя блоками:

• Революционный блок с союзниками: Иран ведет за собой Сирию, Катар, Оман, а также две организации: Хезболла и Хамас. Турция выступает в качестве очень важного попутчика, Ирак также стал на этот путь. Парадокс заключается в том, что некоторые из этих стран не подвержены влиянию революции.

• Блок, выступающий за статус-кво: за Саудовской Аравией (снова) следуют Египет, Иордания, Ливан, Тунис, Алжир, Марокко и большинство стран, говорящих на арабском языке, наряду с организацией Фатх. Израиль выступает в качестве полуавтономного попутчика. Заметим, что Египет, который однажды был лидером своего собственного блока, в настоящее время разделяет лидерство с Саудовской Аравией, что отражает уменьшившееся влияние Каира за последние полвека.

• Некоторые страны, такие, как Ливия, отсиживаются на обочине.

Нынешняя холодная война восходит своим началом к 1979 году, когда аятолла Хомейни захватил власть в Тегеране, вынашивая амбиции дестабилизировать также другие государства региона и навязать им свою модель революционного ислама. Эти амбиции увяли после смерти Хомейни в 1989 году, но мощно возродились во время президенства Ахмадинежада, начавшегося в 2005 году, наряду с наращиванием производства оружия массового уничтожения, распространением терроризма, конфликтом в Ираке и иранскими претензиями к Бахрейну.

Ближневосточная холодная война имеет много важных проявлений, вот лишь четыре из них:

(1) В 2006 году, когда Хезболла воевала с Армией Обороны Израиля, ряд арабских государств публично осудил Хезболлу за "неожиданные, неуместные и безответственные действия". Редакционная статья в иранской газете ответила "вечным проклятием муфтию саудовского суда и египетскому фараону".

(2) Правительство Марокко в марте 2009 года объявило о том, что оно прерывает дипломатические отношения с Тегераном по причине "нестерпимого вмешательства во внутренние дела королевства", имея в виду иранские усилия обратить суннитов в шиитскую разновидность ислама.

(3) Правительство Египта в апреле арестовало 49 агентов Хезболлы, обвинив их в дестабилизации Египта, а лидер Хезболлы Хасан Насралла подтвердил, что лидер группы действительно работал на него.

(4) Былые близкие турецко-израильские отношения испытывают затруднения по мере того, как все более исламистское руководство Анкары выступает против политики израильского правительства, использует враждебные выражения против еврейского государства, приглашает его врагов в Анкару, передает иранское оружие Хезболле и использует антисионизм для изоляции турецкой армии.

Отвлекая страсти от, казалось бы, извечного арабо-израильского конфликта на Ближнем Востоке, может показаться, что эта холодная война может помочь уменьшить напряженность. Однако это не так. Насколько ядовитыми бы ни были отношения между Фатхом и Хамасом, вплоть до убийства боевиков из враждующих групп, в конце концов они объединят свои силы против Израиля. Кроме того, Вашингтон не найдет значительную поддержку по отношению к Ирану в Саудовской Аравии или других членах ее блока. Не стоит рассчитывать на то, что мусульманские государства вступят в альянс с немусульманами против своих мусульманских собратьев.

В перспективе, ближневосточная холодная война превращает проблемы, когда-то бывшие местными - такие, например, как религиозная принадлежность марокканцев, - в более значительные, отзвуки которых могут раскатываться по всему Ближнему Востоку. Таким образом, эта холодная война добавляет новые очаги нестабильности в самый и без того нестабильный регион мира.

cвязанные между собой темы:  Стратегические альянсы, Характерные черты жизни и политики на Ближнем Востоке подпишитесь на бесплатную еженедельную рассылку по email (электронной почте) статей даниэля пайпса на русском языке Этот текст может быть свободно распространен при условии, что он остается единым целым и содержит полную информацию об авторе, дате и месте публикации и оригинальный URL.