ДЕМОКРАТИЧЕСКИЙ ИСЛАМ?

Существует мнение, что мусульмане несоразмерно с другими народами страдают под игом диктаторов, тиранов, неизбранных президентов, королей, эмиров и различных других сильных личностей – и это верно. Фредерик Прайор (Frederic L. Pryor) из американского колледжа Swarthmore [расположен недалеко от Филадельфии], провёл тщательный анализ проблем, связанных с этой ситуацией, и изложил полученные результаты в статье «Являются ли мусульманские страны менее демократичными?» ("Are Muslim Countries Less Democratic?"), опубликованной в журнале Middle East Quarterly. Он пришел к выводу, что «во всех – кроме самых бедных – странах, ислам обеспечивает наименьшее количество политических прав».

Тот факт, что основная часть мусульманских стран является наименее демократичной, вызывает желание сделать вывод – религия Ислам, их «общий множитель», является несовместимой с демократией.

Я не согласен с таким выводом. Скорее всего, сегодняшнее затруднительное положение мусульман в большей степени отражает исторические обстоятельства, чем «врожденные» свойства ислама. Другими словами, ислам, как и все до-современные религии, глубоко «в душе», антидемократичен. Однако, не менее, чем у других религий, у него имеется потенциал, достаточный для развития в демократическом направлении.

Марсиглио (Марсилиус) из Падуи

Осуществление такой эволюции – нелегкая задача для любой религии. В случае с христианской религией, усилия ограничить политическую роль католической церкви предпринимались болезненно долго. Всё началось после того, как Марсилиус из Падуи (*1) в 1324 г. впервые предпринял подобные попытки, и потребовалось ещё шесть столетий, чтобы Церковь полностью урегулировала конфликт с демократией. Спрашивается – почему перемены в исламе должны быть более плавными или более легкими?

Чтобы мусульмане могли привести ислам в состояние, совместимое с демократией, нужно осуществить основательные изменения в его интерпретации. В основе всей проблемы находится антидемократический закон ислама – шариат. Созданный более тысячелетия тому назад, он допускает существование автократических правителей и покорных им подданных, придаёт особое значение воле Бога, которой должен подчиняться народный суверенитет, и поощряет применение насилия при проведении джихада с целью расширения границ ислама. Далее, ислам предоставляет особые привилегии мусульманам (в их отношениях с не-мусульманами), мужчинам – над женщинами и свободным людям – над рабами.

Махмуд Мухаммад Таха

Для того, чтобы мусульмане могли создать полностью функционирующие демократии, они в первую очередь должны отказаться от общественных аспектов шариата. Ататюрк (*2) напрямую сделал именно это в Турции, но другие предложили более искусные подходы. Махмуд Мухаммад Таха (Mahmud Muhammad Taha) – суданский мыслитель, исключил исламские общественные законы путём фундаментально новой интерпретации Корана.

Усилия Ататюрка и идеи Таха влекут за собой вывод о том, что ислам – это постоянно развивающееся учение, и видеть его в качестве чего-то неизменного является серьёзной ошибкой. Или, согласно яркой метафоре Хасана Ханафи ( Hassan Hanafi), профессора философии Каирского университета, Коран – «это супермаркет, где можно взять то, что хочется, и оставить всё , чего не хочется».

Исламская проблема в меньшей степени является анти-современной; она состоит в том, что процесс её модернизации только начался. Мусульмане могут модернизировать свою религию, но для этого потребуется внести важные изменения: нужно отказаться от ведения джихада для навязывания мусульманского правления, ввести гражданство «второго класса» для не-мусульман и смертные приговоры за богохульство или отступничество от веры. Но ... тут возникают вопросы об индивидуальных свободах, гражданских правах, об участии в политической жизни, о народном суверенитете, всеобщем равенстве перед законом и о представительных выборах.

Однако, два препятствия стоят на пути проведения этих изменений в жизнь. На Ближнем Востоке, в особенности, первостепенное значение имеют племенные связи (англ. tribal affiliations). Филипп Карл Зальцман в своей недавно вышедшей книге «Культура и конфликт на Ближнем Востоке» (*3) (Culture and Conflict in the Middle East), изд. Prometheus пишет, что эти связи создают комплексную структуру племенной автономии и тиранического централизма, которая препятствует развитию конституционной системы правления, введению принципа господства права, гражданства, равноправия полов и других необходимых условий для создания демократического государства. До тех пор, пока эта архаическая социальная система, основанная на семейных связях, не будет ликвидирована, демократия не сможет осуществить реальное продвижение вперёд на Ближнем Востоке.

На глобальном уровне неодолимое и мощное исламистское движение препятствует развитию демократии. Оно стремиться ввести нечто противоположное реформам и модернизации – а именно, провести пересмотр шариата в его целостности. Такой джихадист, как Осама бин Ладен может более недвусмысленно разъяснять свои цели, чем политик из правящих кругов – такой, как турецкий премьер-министр Ресеп Тайип Эрдоган (Recep Tayyip Erdoğan), но оба стремятся создать всесторонне анти-демократический, если не тоталитарный, порядок.

Исламисты по-разному отзываются о демократии. Во-первых, они обвиняют последнюю в том, что она не-исламская. Хасан аль-Банна (Hasan al-Banna) – основатель организации Мусульманское Братство (Muslim Brotherhood) – считает, что демократия – это измена исламским ценностям. Теоретик этого Братства Сайид Катб (Sayyid Qutb) не признаёт народный суверенитет, равно как и Абу аль-А'ла аль-Маудуди (Abu al-A‘la al-Mawdudi), основатель пакистанской политической партии Джамаат-е-Ислами (Jamaat-e-Islami). Юсуф аль-Карадауи (Yusuf al-Qaradawi), имам телевизионной станции Аль-Джазира (Al-Jaseera), считает выборы еретическим занятием.

Несмотря на эти высказывания, исламисты с нетерпением ожидают проведения выборов для того, чтобы придти к власти, и показали, что они – расторопные ловцы голосов; даже такая террористическая организация, как Хамас, сумела победить на выборах. Этот рекорд не превращает исламистов в демократов, но указывает на их тактическую гибкость и намерение овладеть властью. Как обличительно высказался [глава правительства Турции] Эрдоган (Erdoğan), «Демократия похожа на троллейбус. Когда вы приезжаете на нужную остановку, вы выходите на улицу».

Напряжённая работа в один прекрасный день может сделать ислам демократичным учением. А пока что исламизм представляет собой ведущую антидемократическую силу в мире.

-------------------

(*) Каноник Марсиглио (Марсилиус) из Падуи (1270-1342 гг.) – автор труда Defensor pacis, «Защитник мира», 1324г.), призывал к подчинению церкви светским властям и введению права народа выбирать своё правительство (Энциклопедия Британника).

(*2) Ататюрк - Мустафа Кемаль Ататюрк (Mustafa Kemal Atatürk; 12 марта 1881 г. – 10 ноября 1938 г.) — турецкий политик, первый президент Турецкой Республики. Настоящее имя — Гази Мустафа Кемаль-паша. 24 ноября 1934 года турецкий парламент присвоил ему имя «Ататюрк» (отец турок). Википедия.

(*3) См. статью на русскоязычном сайте Д.Пайпс - «Племенной недуг Ближнего Востока»

cвязанные между собой темы:  Демократия и ислам подпишитесь на бесплатную еженедельную рассылку по email (электронной почте) статей даниэля пайпса на русском языке